Забытые предписания: как в Якутске нарушали права детей, а надзорный орган смотрел сквозь пальцы

Пролог: Бумажный тигр

В управленческой практике существует термин «предписание» - грозный, обязывающий к действию документ за подписью государственного органа. Его выдача должна означать начало серьёзной работы: устранения нарушений, наказания виновных, восстановления справедливости. Но что происходит, когда весь этот механизм, отлаженный инструкциями, даёт сбой? Когда предписание превращается не в инструмент воздействия, а в ритуальную бумажку, которую выписали, положили в папку и благополучно забыли?

История, произошедшая в Якутске осенью 2024 года, - это казус, обнажающий привычные черты системы. Управление Роспотребнадзора по Республике Саха (Якутия) провело работу: выявило нарушения, выдало предписания. А потом эта же система эти предписания похоронила. И, кажется, все участники процесса - кроме, возможно, тех детей, которым отказали в месте в первом классе, - остались довольны.

Акт I: Одиннадцать школ, одиннадцать предписаний

С сентября по ноябрь 2024 года инспекторы отдела санитарного надзора, лицензирования и регистрации якутского Роспотребнадзора выписали предписания одиннадцати образовательным учреждениям столицы республики-1. Среди них были и известные гимназии, и обычные средние школы-1.

Нарушения касались, в том числе, фундаментального права - права на доступное образование. Речь шла о незаконных отказах в приёме в первый класс детей, проживающих на закреплённых за этими школами территориях. То есть, по сути, детям отказывали в реализации их законного права учиться рядом с домом.

Предписания были выданы. Школам назначили сроки для устранения нарушений. Казалось бы, механизм запущен: неисполнение грозит штрафами, а в крайнем случае - судом. Но на этом история и закончилась.

Акт II: Молчание надзирателя

Сроки, отведённые школам на исправление, истекли. Однако, как установила позднее прокуратура, нарушения устранены не были. Контролируемые лица - директора школ - проигнорировали требования государственного надзорного органа.

Что же сделал Роспотребнадзор, обнаружив это прямое неповиновение? Ровным счётом ничего. Не были инициированы повторные проверки. Не были направлены иски в суд с требованием принудительно заставить школы исполнить закон. Государственный контролёр, выступив с грозным рыком, тут же мирно уснул.

Ответственность за этот «сбой в системе» легла на плечи заместителя начальника того самого отдела - Лии Корниловой. Именно её прокуратура обвинила в бездействии по части 4 статьи 19.6.1 КоАП РФ («Неисполнение предписания органа государственного контроля»). Максимальное наказание по этой статье - штраф до пяти тысяч рублей. Сумма, конечно, не разорительная для бюджета, но для чиновника - знак официального порицания.

Акт III: Суд и его резолюция

19 января 2025 года (учитывая логику событий 2024 года) дело рассмотрел суд. Прокурор настаивал на наказании, аргументируя это тем, что предписания были «забыты», а права детей - проигнорированы.

Подсудимая Корнилова вину признала. Объяснение было дано в духе времени: кадровый дефицит. «Двое сотрудников отдела уволились, нагрузка возросла». То есть система не сработала потому, что в системе не хватило винтиков.

Суд, выслушав стороны, принял решение. И оно стало главным аккордом в этой истории. Судья, сославшись на то, что правонарушение совершено впервые, что Корнилова предоставила исключительно положительную характеристику и имеет ведомственные награды, не стал накладывать штраф. Чиновница отделалась предупреждением.

Формально - закон соблюдён. Нарушитель привлечён к ответственности. Фактически - государственный орган, обязанный жёстко пресекать нарушения прав детей, сам нарушил процедуру и отделался легчайшим возможным наказанием. Круг замкнулся.

Эпилог: Система как зеркало

Эта история — не о злом умысле отдельного чиновника. Она - о логике системы. В этой логике важен факт выдачи предписания (отчётность), но не важен результат его исполнения (эффективность). Важно формальное привлечение к ответственности (статистика), но не важно соразмерное содеянному наказание (справедливость).

Парадоксальным образом этот инцидент произошёл в регионе, где прокуратура, судя по официальным заявлениям, ведёт активную работу по защите прав несовершеннолетних. Только за прошлые годы в сфере образования республики было выявлено тысячи нарушений, а по искам прокуроров строились новые школы и детские сады-4. Но работа одного надзорного ведомства (прокуратуры) не отменяет бездействия другого (Роспотребнадзора).

Граждане, столкнувшиеся с подобным произволом, имеют право подать жалобу на бездействие Роспотребнадзора через официальные каналы-1. Но история с якутскими школами показывает, что даже доведённое до суда дело может упереться в стену формализма и снисхождения к «положительно характеризующимся» госслужащим.

В финале этой саги все формальные требования закона соблюдены. Предписания выданы. Виновный привлечён. Суд вынес решение. Только права тех самых детей, из-за которых, по идее, и закрутилась вся эта бюрократическая машина, так и остались где-то на периферии, в тени забытых предписаний и дел об административных правонарушениях. Система сработала. Вопрос лишь - на кого и для чего.